Вокал, песни
Тикки Шельен
Бас-гитара
Владимир Яновский
Скрипка
Анна Костикова
Ударные
Андрей Чарупа
Саксофон
Никита Трубицын
Клавишные
Алина Зайцева
Дом Почитать Послушать Посмотреть Позвать Mcdowns

Тоталитарная секта с чoрным колдунским уклоном Дайте в руки мне баян, я порву его совсем™

Случайная песня

VSE

Тикки Шельен

Москвовуду

Мы черные пешки барона Самеди,

Мы черные пешки барона Самеди.

Если ты не веришь, вокруг погляди,

Мы черные пешки барона Самеди,

Мы черные пешки барона Самеди.

 

Любой мегаполис оккупирован семейкой богов.

Передел состоялся давно и без лишних слов.

Москва большая деревня, это знают повсюду,

И долее всего ей соответствует вуду —

Вера черных барабанов и красных петухов.

 

Мы черные пешки барона Самеди,

Мы черные пешки барона Самеди,

Вправо ходи, или влево ходи,

Мы черные пешки барона Самеди,

Мы черные пешки барона Самеди.

 

Восьмиугольное небо, раскаленные дома.

Если долго гулять по Москве, в конце концов сойдешь с ума.

В каждом дворе по железному столбу,

И зомби на вокзалах коротают судьбу,

И старухи кричат, как пожилые марабу.

 

Мы черные пешки барона Самеди,

Мы белые пешки барона Самеди,

С розою в зубах или с крестом на груди,

мы всего только пешки барона Самеди,

Мы московские пешки барона Самеди.

 

Ангелы Господни с криками летят над Москвой.

Их гнезда разорили, им некуда вернуться домой.

А мы сварим кофе и на кухне посидим,

Мы черные пешки барона Самеди,

московские пешки барона Самеди

 

Мы черные пешки барона Самеди,

Мы черные пешки барона Самеди,

Вправо ходи или влево ходи,

С розою на сердце, с крестом на груди —

Мы черные пешки барона Самеди.

Июль 2004


Поиск + двигатель
Google

Ближайшие концерты отменены

Дорогие друзья. «Башня Rowan» временно не будет давать концертов. Комментарии и объяснения последуют чуть позже, а пока — всем спасибо, и (надеемся) до новых встреч.

АРХИВНЫЕ НОВОСТИ

Максим Горький

Отец

Часть 1

1

Каждый день над рабочей слободкой, в дымном, масляном воздухе, дрожал и ревел фабричный гудок, и, послушные зову, из маленьких серых домов выбегали на улицу, точно испуганные тараканы, угрюмые люди, не успевшие освежить сном свои мускулы. В холодном сумраке они шли по немощеной улице к высоким каменным клеткам фабрики; она с равнодушной уверенностью ждала их, освещая грязную дорогу десятками жирных квадратных глаз. Грязь чмокала под ногами. Раздавались хриплые восклицания сонных голосов, грубая ругань зло рвала воздух, а встречу людям плыли иные звуки — тяжелая возня машин, ворчание пара. Угрюмо и строго маячили высокие черные трубы, поднимаясь над слободкой, как толстые палки.

Максим Горький

Сын

Часть 1

1

Каждый день над рабочей слободкой, в дымном, масляном воздухе, дрожал и ревел фабричный гудок, и, послушные зову, из маленьких серых домов выбегали на улицу, точно испуганные тараканы, угрюмые люди, не успевшие освежить сном свои мускулы. В холодном сумраке они шли по немощеной улице к высоким каменным клеткам фабрики; она с равнодушной уверенностью ждала их, освещая грязную дорогу десятками жирных квадратных глаз. Грязь чмокала под ногами. Раздавались хриплые восклицания сонных голосов, грубая ругань зло рвала воздух, а встречу людям плыли иные звуки — тяжелая возня машин, ворчание пара. Угрюмо и строго маячили высокие черные трубы, поднимаясь над слободкой, как толстые палки.