Вокал, песни
Тикки Шельен
Бас-гитара
Владимир Яновский
Скрипка
Анна Костикова
Ударные
Андрей Чарупа
Саксофон
Никита Трубицын
Клавишные
Алина Зайцева

Тоталитарная секта с чoрным колдунским уклоном Дайте в руки мне баян, я порву его совсем™

Случайная песня

VSE

Тикки Шельен

Кафе «Хамелеон»

В маленьком кафе «Хамелеон»,

Где за столиком сидит хамелеон,

Где лампы над столами с абажурами, как в раннем детстве,

Я пережидаю летний дождь,

Ночной и бесконечный летний дождь,

И пока он идет, никуда мне, в общем, не деться.

 

Та официантка, что светла как день,

Наливает ликер, а по стенам тень,

Тень полночного города мечется и не умолкает.

А другая, с волосами как темная ночь,

Принесла бы кофе, что темен как ночь,

Да на кофе, как часто бывает, уже не хватает.

 

Одинокое время

Между кошкой и волком,

Две тысячи шестой июль от воплощенья Твоего.

 

И я пью за глупых детей, которым

На собственной свадьбе не достало вина,

И тогда, в своем милосердии,

Ты превратил в вино их дальнейшую жизнь,

Но девочка пока не знает о том

И готова разрыдаться, а мальчик берет

Ее за руку, и целует в глаза,

И говорит: «Пойдем, мой хороший!»

 

Я пью за сестер Смирновых, которым

Главврач сказал, что надежды нет

И искусственное дыхание все равно

Отключили позавчера.

Они молчат и не знают, что завтра

В их убогую квартиру позвонят чуть свет

И ошалевший врач сообщит, что у брата их Лазаря

Выписка завтра с утра.

 

А прошлою ночью на безлюдном шоссе

Искореженной грудой дымился металл.

И на черный асфальт, на осколки стекла,

Сверху падал дождь, сплошная стена.

Бог протянул за ним руку, а значит,

Он принял ее и, наверно, пожал.

А сестра моя твердит, что Бог забирает

Лучших, лишь когда на небе война.

 

А в маленьком кафе «Хамелеон»

Под непрекращающийся шорох дождя

Опрокинутый город неслышно стекает со стен.

И Свечной переулок заливает вода,

И Колокольную улицу заливает вода,

И улицу Правды заливает вода,

И мальчик с девочкой стоят в подворотне в джинсах, мокрых до колен.

 

Одинокое время между кошкой и волком,

Тысяча девятьсот семьдесят третье лето

От возвращенья Твоего.

19.07.06


Поиск + двигатель
Google

Ближайшие концерты отменены

Дорогие друзья. «Башня Rowan» временно не будет давать концертов. Комментарии и объяснения последуют чуть позже, а пока — всем спасибо, и (надеемся) до новых встреч.

АРХИВНЫЕ НОВОСТИ

Максим Горький

Отец

Часть 1

1

Каждый день над рабочей слободкой, в дымном, масляном воздухе, дрожал и ревел фабричный гудок, и, послушные зову, из маленьких серых домов выбегали на улицу, точно испуганные тараканы, угрюмые люди, не успевшие освежить сном свои мускулы. В холодном сумраке они шли по немощеной улице к высоким каменным клеткам фабрики; она с равнодушной уверенностью ждала их, освещая грязную дорогу десятками жирных квадратных глаз. Грязь чмокала под ногами. Раздавались хриплые восклицания сонных голосов, грубая ругань зло рвала воздух, а встречу людям плыли иные звуки — тяжелая возня машин, ворчание пара. Угрюмо и строго маячили высокие черные трубы, поднимаясь над слободкой, как толстые палки.

Максим Горький

Сын

Часть 1

1

Каждый день над рабочей слободкой, в дымном, масляном воздухе, дрожал и ревел фабричный гудок, и, послушные зову, из маленьких серых домов выбегали на улицу, точно испуганные тараканы, угрюмые люди, не успевшие освежить сном свои мускулы. В холодном сумраке они шли по немощеной улице к высоким каменным клеткам фабрики; она с равнодушной уверенностью ждала их, освещая грязную дорогу десятками жирных квадратных глаз. Грязь чмокала под ногами. Раздавались хриплые восклицания сонных голосов, грубая ругань зло рвала воздух, а встречу людям плыли иные звуки — тяжелая возня машин, ворчание пара. Угрюмо и строго маячили высокие черные трубы, поднимаясь над слободкой, как толстые палки.